А. и А. обратились с иском к П. и Г. об исключении сведений о границах земельного участка из ЕГРН. В обосновании иска они указали, что после смерти отца унаследовали два земельных участка, принадлежащих ему на праве постоянного бессрочного пользования, и долю в жилом доме. В выдаче свидетельств о праве на наследство на земельные участки нотариус отказала по причине того, что не были установлены их границы. При обращении к кадастровому инженеру выяснилось, что при выполнении камеральных работ было выявлено наложение границ земельного участка, принадлежащего их отцу на праве постоянного бессрочного пользования, со смежным земельным участком. При этом кадастровым инженером, проводившим межевание земельного участка, не были соблюдены требования ст. 39, 40 Федерального закона от 24.07.2007 № 221-ФЗ «О кадастровой деятельности», согласно которой местоположение границ земельных участков подлежит обязательному согласованию со всеми заинтересованными лицами, указанными в законе. Результаты согласования оформляются кадастровым инженером в форме акта согласования, который является неотъемлемой частью межевого дела. Поскольку истцы являются прямыми наследниками к имуществу отца после его смерти, считают, что согласовывать границы необходимо было с ними. В результате незаконных действий кадастрового инженера границы первого земельного участка, принадлежащего их отцу на праве постоянного бессрочного пользования, уменьшились на 1034 кв. м., и истцы не могут получить свидетельство о праве на наследство на этот земельный участок у нотариуса.

Суд, выслушав стороны, свидетелей, исследовав все представленные доказательства в их совокупности, пришел к следующему.

В силу ст. 11 ГК РФ суд осуществляет защиту нарушенных или оспоренных прав, поэтому в данном споре истец должен доказать наличие у него права и нарушение этого права ответчиком.

Согласно выписке из похозяйственной книги отец истцов владел двумя земельными участками для ведения личного подсобного хозяйства, принадлежащими ему на праве постоянного бессрочного пользования. По сведениям ЕГРН оба земельных участка были поставлены на кадастровый учет как ранее учтенные без определения границ. Указанные выше земельные участки изначально были предоставлены только наследодателю на праве постоянного пользования. Истцам указанные земельные участки не предоставлялись. Таких доказательств они не представили и на это не ссылались. Представленная суду справка из сельского поселения о том, что у истцов данные земельные участки находились в совместном пользовании, не подтверждает предоставление истцам права пользования указанными земельными участками.

После смерти отца истцы А. и А. получили свидетельства о праве на наследство по закону на жилой дом. На указанные выше земельные участки наследодателя им свидетельства о праве на наследство не выдавались. Поскольку А. и А. являются собственниками унаследованного жилого дома, у них есть право пользования вторым земельным участком, на котором данный жилой дом расположен, споров о границах этого земельного участка с ответчиками нет. Спор возник в отношении первого земельного участка, который согласно исследованным доказательствам, выпискам из ЕГРН на земельные участки и объект недвижимости, к жилому дому не относится. По утверждению истцов у них как у наследников возникли имущественные права и на первый земельный участок в границах в соответствии с представленным ими межевым планом, находившийся в постоянном бессрочном пользовании у наследодателя. Поэтому при определении границ смежного земельного участка, принадлежащего ответчику П. на праве собственности, необходимо было согласовать границы с ними. Неисполнение этого правила само по себе влечет исключение сведений о границах ее земельного участка из ЕГРН.

Оценивая данный довод в совокупности с представленными доказательствами, суд нашел его необоснованным в силу следующего.

Из материалов дела следовало, что земельный участок П. был поставлен на кадастровый учет раньше земельного участка, предоставленного в пользование отцу истцов. При этом ответчик П. предоставила суду свидетельство о государственной регистрации права собственности на земельный участок за его предыдущим собственником в 1999 г. К данному свидетельству была приложена схема земельного участка, анализ которой в совокупности с другими доказательствами, в том техническим паспортом на жилой дом и земельный участок по состоянию на 1994 г. позволили суду сделать вывод, что территория, указанная истцами как зона наложения земельных участков, входила изначально в земельный участок ответчика П., а не относилась к первому земельному участку, предоставленному их отцу. Право собственности П. на земельный участок вместе с расположенным на нем жилым домом приобретено законно, по договору купли-продажи.

В то же время истцы надлежащих документов о выделении земельного участка их отцу в конкретных границах, с включением в него указанной ими же территории как зоны наложения, не представили, а потому, сам по себе факт пользования истцами этой территорией, как указали истцы и свидетели, достаточным доказательством выделения земельного участка с включением в него зоны наложения, как и их межевой план, служить не может. Истцы объектов недвижимости на данном земельном участке, в том числе незавершенных строительством, не унаследовали, на наличие таковых не ссылались.

Решением Брейтовского районного суда в удовлетворении исковых требований А. и А. отказано.

Решение вступило в законную силу.